30 марта. Преподобного Алексия, человека Божия (411)

Св. Алексий^[1] родился в Риме при императоре Аркадии (395-­408) в семье знатного и благочестивого сенатора по имени Евфимиан и его супруги Аглаиды после многих лет скорб­ного бесплодия родителей. Он получил самое лучшее образо­вание, а когда вошел в возраст, родители устроили его женитьбу на молодой девушке из знатной римской семьи. В самую ночь свадьбы, перед тем как соединиться со своей супругой в брачном покое, Алексий, влюбленный лишь в одно святое и прекрасное девство, прошептал ей на ухо несколько слов, отдал кольцо и тайно удалился.

Положившись на Провидение, он сел на корабль и доплыл до Лаодикии. В этом городе присоединился к торговому ка­равану, который направлялся в месопотамский гор. Едессу. Там Алексий остановился у церкви Пресвятой Богородицы и прожил на ее паперти семнадцать лет. Одетый в нищенскую рваную одежду, он питался от милостыни, которую ему подавали верующие, приходившие в храм помолиться.

Между тем его отец отправил слуг во все концы на поис­ки сына, в то время как мать, одетая во вретище, пребыва­ла безутешная в подавленном состоянии духа, а его супруга, подражая любви горлицы к своему супругу, ожидала хоть ка­кого-нибудь известия. Некоторые из посланцев Евфимиана добрались до Едессы. Они проходили мимо Алексия и пода­вали ему милостыню, даже и не подозревая, что это и есть их знатный хозяин, настолько аскеза и дурное обращение, ко­торое он из любви к Богу переносил с благодарностью, из­менили его телесный облик.

По прошествии долгих лет церковному ризничему яви­лась Пресвятая Богородица, приказав, чтобы он повелел че­ловеку Божию войти внутрь церкви. Когда Алексий увидел, что открыт и люди начали воздавать ему почести, он снова ре­шил бежать и сел на корабль, плывущий в Таре. Но неблаго­приятные ветры или, скорее, Божественный Промысл, при­гнали корабль прямо в порт Рима. Святой покорился этому Божественному знамению и немедля направился к родному дому, где он, будто нищий, попросил милостыню у собствен­ного отца, вышедшего из дома. Евфимиан не узнал возлюб­ленного сына. Он со времени горестной утраты еще сильнее, чем раньше, стал расположен к делам милосердия и приказал своим слугам дать кров этому бедному человеку и кормить его остатками своей трапезы так долго, как он этого захочет.

Человек Божий провел еще семнадцать лет у дверей от­чего дома, перенося без единого слова недовольства, и да­же радостно, оскорбления и насмешки слуг. Когда он почув­ствовал, что приближается день его ухода из этого мира, он попросил, чтобы ему принесли свиток и чернила, и так, с пе­ром в руке, написав всю историю своей жизни, почил, дабы вселиться в вечные обители.

В тот же день, когда в храме Святого Петра в присутствии императора Гонория (395-423) и при большом стечении народа папа совершал Литургию, в алтаре послышался го­лос, воскликнувший: «Ищите человека Божия: он будет мо­литься за город и за всех вас. Ибо он уже покидает свое те­ло!» Весь народ начал мо­литься — и снова послышал­ся голос, который открыл, что человек Божий находится в до­ме Евфимиана.

Когда величественная про­цессия с императором и папой во главе приблизилась к дому, слуга, помогавший Алексию, поведал, что нищий, живший столько лет у входа в дом, раз­давал свое пропитание еще бо­лее бедным, чем он, а сам принимал немного хлеба и воды лишь по воскресеньям, оставаясь невозмутимым и даже ра­дуясь оскорблениям от прочих слуг. Они вошли в его хижи­ну и нашли Алексия уже умершим: в руке он держал свиток. Когда его зачитали принародно, все пребывали в молчании, изумляясь тому, каким удивительным образом этот служи­тель Божий воевал против естества, дабы приобрести сверхъ­естественные блага. Император и папа, видя слезы и слыша стенания родителей Алексия, советовали им более радовать­ся и ликовать от того, что они произвели на свет столь вели­кого святого, который во веки веков будет править вместе со Христом.

У смертного одра собралась толпа: к слепым возвращалось зрение, глухие начинали слышать, немые громко прославля­ли Бога, лукавые духи бежали. Толпа была столь велика, что погребальное шествие не могло начаться. Император повелел разбрасывать золотые монеты в надежде, что толпа отступит от гроба, дабы собрать их. Но это оказалось тщетным: народ пренебрег тленным золотом, чтобы получить нетленную бла­годать, дотронувшись до тела святого.

Наконец оно было положено в церкви Святого Вонифатия^[2] в гробу, украшенном золотом и драгоценными камня­ми. Из него обильно истекало благоуханное миро, которое исцеляло всевозможные болезни.

Составитель — иеромонах Макарий Симонопетрский,
адаптированный русский перевод — издательство Сретенского монастыря

Источник: pravoslavie.ru

^[1] Несмотря на большое сходство его «Жития» с «Житием» св. Иоан­на Кущника [15 ян.], мы сохранили здесь традиционное различение этих двух очень любимых народом святых.

^[2] В настоящее время это храм Санти-Бонифацио-эд-Алессио на холме Авентин. Согласно другим источникам, св. Алексия погребли 17 ию­ля 383 г. в церкви Святого Петра.